Точка зрения Даниил Богатырев

Протесты в США – цветная революция? Давайте разберемся

18:00 02 июл.  1704 Читайте на: УКР РУС

Политолог, эксперт Украинского института политики Даниил Богатырев о теории и практике цветных революций.

В последние несколько недель многие СМИ в своих публикациях сравнивают происходящие в Соединённых Штатах протесты с цветной революцией. Зачастую, причиной для таких сравнений служит сходство внешних форм. Особенно популярны данные сравнения в Украине, где события в США, с лёгкой руки некоторых журналистов, называют «чёрным майданом». 

Для неискушённого наблюдателя «протесты Джорджа Флойда» (George Floyd protests – именно так их называют в Америке) действительно имеют массу сходств со столь знакомыми ему «майданами». Снос памятников протестующими, разбивание палаточных городков, формирование отрядов самообороны, перформансы в стиле «полиция с народом» и многое другое невольно порождают в голове сравнение.

Однако, для специалиста в вопросе анализа политических процессов очевидны не только сходства происходящего в США с классическими цветными революциями, но и некоторые отличия. Попытаемся разобраться, чего же в них больше.

Цветные революции – что это?

Технологии цветных революций (они же – технологии ненасильственного или мало-насильственного захвата власти) подробно описал в своей работе «От диктатуры к демократии, концептуальные основы освобождения» в 1993 году американский политолог Джин Шарп.

Однако, наивно думать, что технологии режиссируемого захвата власти при помощи массовых выступлений ограничиваются работой Шарпа. Знания о них можно почерпнуть и из труда «Государственный переворот, практическое пособие» написанного в 1968 году американским историком и политологом Эдвардом Люттваком, и из ряда других работ. Кроме того, большой багаж информации о технологической стороне цветных революций предоставляет нам практика последних двадцати лет, когда этот инструмент активно применялся во внешней политике Соединённых Штатов на Ближнем Востоке, в Восточной Европе, и Азии.

В самых общих чертах, цветная революция – это срежиссированный и тайно направляемый общественный протест, целью которого является смена власти в стране с минимальным применением насилия.

От бунта она отличается наличием чётко артикулированных политических целей и управляемостью. От переворота – тем, что насилие применяется точечно и очень ограничено, не являясь основным методом. От классической революции – отсутствием смены общественной формации по итогу её победы (например, после цветной революции олигархическая республика сохраняется, но меняются управляющие ей кланы, а после классической на смену олигархической республике приходит другая форма правления).

Сразу оговоримся, что цветные революции, как и другие изменения власти способом отличающимся от прописанного в конституции, никогда не происходят на пустом месте. В этой связи, утверждения о том, что каждая из них является «на 100% происками внешних или внутренних политических игроков» не вполне справедливы. В основе любой цветной революции лежит вполне объективное недовольство части населения существующим положением дел в стране (например, низким уровнем жизни, отсутствием равноправия для разных социальных групп, избирательностью правосудия, и т. п.). Особенность многочисленных «майданов» в разных странах заключается в том, что стоящие за ними силы умело используют это общественное недовольство для достижения собственных политических целей. При этом, базовые проблемы, заставившие часть населения сочувствовать протестам, в итоге как правило не решаются.

Разобравшись с сутью понятия цветной революции, мы можем перейти к сравнению её классических технологий с тем, что мы видим в США. Для наглядности, будем использовать в этом сравнении знакомый большинству читателей украинский кейс.

Элемент 1: сакральная жертва

Для активизации протестов и перевода их из категории интересных лишь узкой группе политических активистов в категорию «всенародно значимых» в цветных революциях широко используется технология сакральной жертвы. В самых общих чертах, она означает широкое распространение информации об отдельных случаях, когда граждане (желательно – сами протестующие или представители близких к ним социальных групп) страдают от «произвола властей». Обычно в качестве сакральных жертв выбирают людей, избитых, покалеченных, или убитых полицией. Причём «сакральность» заключается не в самом проявлении полицейской жестокости, а в том, что отдельное такое проявление вытаскивают из общей массы и активно тиражируют по всем каналам СМИ и соцсетей для вызова общественного недовольства.

Жители Украины хорошо помнят сакральные жертвы, с которых начался «евромайдан» в 2014 году и которыми он продолжился. Для придания протестам массовости тогда была использована широко растиражированная информация о жёстком силовом разгоне демонстрации студентов. Уже на следующий день после этого события в центре Киева появился занятый протестующими «майдан» как цитадель сопротивления власти. В последствии очередными сакральными жертвами стали первые погибшие на майдане, а затем и небесная сотня. Широкое распространение информации о каждой из них придавало протестам новый импульс.

В Соединённых Штатах технология сакральной жертвы используется во всей своей полноте. Формальным поводом для начала протестов там послужило удушение чернокожего Джорджа Флойда белым полицейским при задержании. И хотя такие случаи для Америки – не редкость, широкое распространение по всем медийным каналам информации именно об этом происшествии стало спусковым крючком массовых протестов. Позднее к имени Флойда начали добавляться имена других чёрных, убитых полицией при задержании. И это также полностью укладывается в логику умножения числа сакральных жертв ради подогревания протеста.

Как нетрудно заметить, данная технология управления протестом и его подпитки основана на использовании человеческих эмоций (злости и желания мстить за полицейский произвол). Именно этим объясняется её высокая эффективность.

Элемент 2: координация

Цветные революции координируются в соответствии с технологией сетевых войн. Слово «сетевые» здесь – не про интернет, хотя и он активно применяется для управления протестами. Оно означает то, что протестующие сгруппированы в множество автономных ячеек, каждая из которых может действовать сама по себе или в связке с другими ячейками. Переплетение вертикальных и горизонтальных связей таких ячеек и называется сетью. Автономность позволяет им поддерживать безопасность и общую боеспособность (если власти «накрыли» одну ячейку, остальные продолжают действовать).

В нужные моменты, по определённому сигналу, все ячейки сетевых воинов начинают скоординировано наносить удары по жертве. Это называется «роение». Подобно рою пчёл, антисистемные силы атакуют государство. При этом, одни ячейки (большинство из них) выходят на протесты, которые местами перерастают в потасовки с полицией, а другие нагнетают истерию в СМИ и соцсетях. Когда подобное происходит скоординировано, производимый на общество эффект по-настоящему колоссален.

Всё вышеописанное в полной мере присутствует на нынешних протестах в США. Участники выступлений координируются между собой через группы в социальных сетях для одновременных протестных и медийных атак. Причём, современные соцсети, такие как Telegram и т. п. значительно лучше подходят для этого, чем их предшественники, вроде Facebook. Прежде всего, потому что они таргетированы. Если человек подписался на канал, он в любом случае получит информацию оттуда на свой смартфон и прочтёт её. Нет риска пропустить сообщение в ленте новостей.

О нагнетании в американском сегменте соцсетей волны фейков, призванных подогреть настроения протестующих, три недели назад писало авторитетное издание The New York Times. В его публикации отмечалось, что среди демонстрантов посредством соцсетей активно распространялся слух о том, что Джордж Флойд жив и готов возглавить их борьбу. В то же время, среди сторонников Трампа и оппонентов массовых выступлений тиражируется информация о том, что протесты финансирует Джордж Сорос, а координируют их радикальные анархисты. Работа с идеологическими оппонентами и их радикализация с целью атак на протестующих и провокации ещё более сильных протестов – очередная характерная черта цветных революций, которую мы здесь и видим.

Показателен также пример американского баскетболиста Джейлина Брауна, который в конце мая признался, что использует свои аккаунты в соцсетях для координации участников массовых манифестаций и пропаганды протестов. Здесь мы видим сразу две типичных для цветной революции технологии: координация через соцсети и использование знаменитости для пропаганды политических выступлений. Сейчас подобным занимаются многие американские актёры, спортсмены, и просто известные личности. Браун примечателен на этом фоне лишь тем, что признался в своей деятельности.

Элемент 3: итерационность

Всякий, кто наблюдал за развитием любой из цветных революций за последние 20 лет замечал, что они всегда развиваются циклично. Протест идёт от вспышки из-за какого-то информационного повода (например, сакральной жертвы, захвата зданий, перехода к более радикальным действиям, и т. д.) через фазу плавного спада активности к новой вспышке. Эта комбинация повторяется цикл за циклом. В её основе лежит то, что протест не является нормальной моделью поведения для любого члена общества. Он может быть только реакцией на какой-то раздражитель. Как следствие, после бурной реакции, общественное возмущение идёт на спад и его нужно подогревать новыми раздражителями.

Если мы вспомним хронологию «евромайдана», то увидим ряд циклов продолжительностью примерно по две недели. Именно столько времени требовалось толпе, чтобы «начать остывать» и именно раз в такой промежуток времени происходило что-то, что подогревало протестную активность. Такими событиями были захват административных зданий, крупные потасовки с милицией, «марши» в правительственный квартал, снос памятника Ленину, и новые сакральные жертвы. Каждый раз после подобного протест резко активизировался и заходил на новый цикл.

Волнения в США начались не так давно, однако первые признаки цикличности мы в них уже наблюдаем. Так, в середине июня, протестующие начали массово сносить памятники Христофору Колумбу и некоторым американским политическим деятелям, которых они именуют «расистами и рабовладельцами». Кроме того, в городе Сиэтл демонстранты захватили ряд правительственных зданий и объявили о создании в центральном районе «автономной республики Капитолийского холма», на территорию которой нет доступа полиции. Данное образование очень напоминает киевский майдан с его палатками, самообороной (в Сиэтле она вооружена зарегистрированным огнестрельным оружием) и т. п. На прошлой неделе аналогичное образование попробовали организовать в Вашингтоне. Для него даже придумали название – «Автономная зона Чёрного дома», однако эта попытка провалилась.

Очередные вехи в разворачивании американского протеста призваны мобилизовать его участников на новые выступления, не давая им «остыть», что в полной мере согласуется с классической технологией итерационности, применяемой в цветных революциях.

Элемент 4: цель – смена власти

Как было сказано выше, целью цветной революции всегда является смена власти в стране. На начальных этапах протеста она может быть замаскирована требованием справедливого правосудия, равноправия для всех, или улучшения социальных стандартов, но стоит присмотреться внимательней – и мы сразу увидим как желание сместить действующую власть так и заявивших о себе претендентов на то, чтобы занять её место.

Так было на киевском майдане, где первоначальное требование о подписании соглашения об ассоциации и зоне свободной торговли с ЕС очень быстро сменилось требованием справедливого наказания для сотрудников МВД, разогнавших митинг студентов, а затем – и  требованием об отставке президента Виктора Януковича. Протестующих неизменно поддерживали и организовывали представители «про-европейской» оппозиции, которые в итоге стали властью после свержения регионалов.

У участников массовых выступлений в США с политическими целями пока явные проблемы. В том смысле, что их нет вообще. Основные лозунги демонстрантов – «Жизни чёрных имеют значение!», «Я не могу дышать!» (отсылка к удушению Джорджа Флойда полицейским), и «Правосудие для всех!». Очевидно, что они хороши для начала протеста, но совершенно не подходят для доведения его до логического завершения.

Впрочем, некоторые попытки родить «околополитические» лозунги в США всё же делаются. Так, в последние недели протестующие активно продвигают идею расформирования полиции (да, да, полного расформирования как таковой). В городе Миннеаполис, откуда начались массовые выступления, полицейский департамент уже был расформирован. Теперь его сотрудников будут набирать заново. Однако, вряд ли простая ротация кадров удовлетворит демонстрантов.

Возвращаясь к вероятной цели и сопровождении со стороны действующих политиков, стоит отметить, что мэры, губернаторы, конгрессмены и сенаторы от Демократической партии пытаются использовать протесты в президентской избирательной кампании своего кандидата Джо Байдена. Они активно разгоняют месседж о том, что «свой протест американский народ должен высказать на выборах». В частности, об этом в своём недавнем интервью изданию Truthout заявила правозащитница, символ движения за права заключенных в 1970-х, социолог и писательница Анджела Дэвис.

Протесты, конечно, можно было бы считать «мелкой шалостью демократов», имеющей своей целью всего лишь избрание Джо Байдена на пост президента, если бы не ряд «но»:

Во-первых, масштаб выступлений уже значительно превзошёл необходимый для обычной предвыборной «показухи»;

Во-вторых, степень радикализма и социального недовольства протестующих такова, что простой сменой первого лица без смены социальной политики они уже не удовлетворятся. На демонстрациях и в палаточных городках были замечены радикальные лево-анархические группировки вроде «Чёрных пантер», открыто носящие автоматическое оружие;

В-третьих, по мере увеличения числа и радикализации протестующих, происходит и радикализация их противников. Последние, в большинстве своём, являются сторонниками Дональда Трампа. Это угрожает ситуацией, при которой кто бы ни победил на ноябрьских президентских выборах, радикальные симпатики противоборствующей стороны не признают этой победы. В таком случае, под ударом окажется американское государство с его системообразующими институтами как таковое, а перспектива гражданской войны станет вполне реальной.

Заключение

Как видим, в отличие от типичных цветных революций, нынешний американский протест пока не обладает чётко артикулированными политическими целями. Не смотря на попытки представителей Демпартии США подчинить его своим предвыборным интересам, протест в его нынешнем виде нельзя назвать всего лишь «инструментом избрания Байдена». Ввиду отсутствия осязаемых целей и всё большей радикализации, он обладает огромным потенциалом к погружению американского общества в хаос, делигитимации институтов госуправления как таковых, и даже развязыванию гражданской войны.

В остальном же, в нынешних протестах в США широко применяются классические технологии цветных революций. Это обстоятельство не оставляет сомнений в их спланированном и скоординированном характере. Вероятно, за протестами стоят представители транснациональных финансовых элит, желающие избавиться от Дональда Трампа во главе Соединённых Штатов даже ценой частичной дискредитации американского государства в глазах его граждан и возможных социально-политических потрясений.

Новости

Самое читаемое