Интервью Коронавирус

Ольга Кобевко: Вирус показал нам отношение власти к человеческой жизни (ВИДЕО)

13:42 07 дек.  9071 Читайте на: УКР РУС

Экс-депутат Черновицкого облсовета, волонтер, врач-инфекционист Ольга Кобевко рассказала Lenta.UA о реальной ситуации с коронавирусом, действия власти, локдаун, религию, разговоры с Ляшко.

Считаете ли вы, что полный локдаун может улучшить ситуацию с коронавирусом и уменьшить количество больных?

Еще с весны у нас в Украине действует избирательный карантин. Сегодня в СМИ я прочитала, что правительство планирует ввести полный локдаун на праздники. С одной стороны, возможно, это и хорошо, потому, что у нас люди религиозные, особенно в западной Украине. И этот локдаун собираются ввести, начиная с католического Рождества до конца зимних праздников. Это - выходные дни, и в этот период бизнес в основном не работает. Потом появилась информация, что это будет только частичный локдаун - транспорт и некоторые предприятия будут продолжать работать. Мне непонятен такой подход.

В последние два месяца, когда начался пиковый рост заболеваемости в Европе, я изучала, как они контролируют ситуацию. Кстати, они не вводили карантин в начале весны, когда у нас был пиковый момент. А сейчас у них введены очень жесткие меры. В некоторых странах, например, введены наказания за их нарушение. Если человек выходит из дома, то он должен иметь при себе документы. В них указывается причина и период времени, на который он покидает дом.

Поделюсь историей своей знакомой, которая проживает в Испании. Возвращаясь домой с работы, она решила пройти через парк. Поскольку погода была хорошая, она посидела в парке на скамейке минут 15. В ее разрешительном документе было написано, что она работает до 18.00, и полчаса ей давалось на дорогу. При выходе из парка ее остановила полиция и сразу же выписала штраф на 600 евро.

В Италии, где также введены очень жесткие ограничения, нельзя заниматься спортом на открытом воздухе в регионах, подпадающих под полный локдаун. От семьи только один человек может зайти в магазин. Когда человек идет на работу, он должен иметь документ, подтверждающий его право находиться на улице.

В некоторых странах полиция просто дежурит в спальных районах города. И если человек отдалился от дома без уважительной причины более чем на 300 м, его наказывают большими штрафами. 

Кстати, в Италии осталась уголовная ответственность за нарушение карантина. Если ты вышел из дома, то ты нарушил правила карантина, и должен заплатить штраф до тысячи евро. А это - очень большой штраф. При нарушении карантина, человека заносят в базу нарушителей. А если позже обнаружится, что у него был позитивный тест на коронавирус, человека привлекают к уголовной ответственности и ему грозит заключение до трех лет. Вот такие жесткие правила существуют в Европе и Скандинавских странах, которые нам весной ставили в пример. Сейчас у них все жестоко и строго контролируется.

В Украине проблема была не в том, что кто-то нарушал или не нарушал карантинные ограничения, а в том, что у нас не было контроля вообще. В первую очередь над выполнением карантинных мероприятий. Зачастую это сводилось только к точечными проверками маленьких бизнесов. Я, как гражданин, вообще никакого контроля не почувствовала: ни передвигаясь по городу, ни при посещении магазинов. У меня не было документов, подтверждающих, что я врач, и я должна быть на работе до определенного часа времени.

Что мне еще не нравится в действиях властей, это игнорирование проблем медиков. Ведь, если вводится жесткий карантин или локдаун, власти должны обеспечить медиков транспортом, чтобы они могли добраться на работу, ведь большинство медиков живут в районах, и добраться до работы могут только на общественном транспорте. Как правило, наши медики - небогатые люди. И мало у кого из них есть собственный автомобиль.

Сегодня я услышала, что во время локдауна будет работать транспорт. С одной стороны, это вроде как положительный момент для меня, как для врача, у которого нет собственного авто. Но с другой стороны, два и более человека рядом это уже - потенциальная угроза инфицирования. Если болезнь протекает бессимптомно, то человек просто не знает, что он представляет угрозу для окружающих. Должны предприниматься хотя бы минимальные противоэпидемические меры. Люди позволяют себе находиться в транспорте без масок, а там существует реальная угроза инфицирования.

Я не понимаю таких полумер и никогда их не пойму. Даже весной, когда в Черновцах закрыли все, даже продуктовые магазины, церкви были открыты и в них проводились богослужения при большом количестве прихожан. В то же время в нашей больнице проходили лечение много служителей церкви. Это было очень страшно. У нас в больнице лечились от коронавируса трое батюшек Московского патриархата. Я спросила их, вот вы сейчас болеете с тяжелыми осложнениями, так почему вы проводили службу при большом стечении народа, будучи потенциально инфицированными. Они ответили, что нужны людям, поэтому и держат церковь открытой.

Я - прихожанка греко-католической церкви. У нас все службы с начала карантина проходили онлайн. Впервые в жизни я святила Пасху онлайн. Я была изолирована от родственников. Я считала, и считаю, что так лучше. Наша семья еще много пасок посвятит вместе. Мы не должны сейчас подвергать друг-другу опасности и бегать по церквям, где большое скопление людей.

Я никогда не пойму частичных карантинных мер. Если мы не будем следовать правилам локдауна, а вводить лишь частичные меры, то это и должно называться частичными карантинными мероприятиями. Если открыт Эпицентр или торговые центры, проходят литературные чтения для большого количества людей, то это должно правильно называться, и соответствовать действительности.

Удивительно, что ты, как врач инфекционист, работающий с коронавирусными больными,  не имееш документа, подтверждающего твой статус. Кто отвечает за это?

Честно говоря, я не знаю. Раньше нам давали какие-то специальные пропуска. Однажды у меня возникла следующая ситуация. Мне нужно было переехать из одной больницы в другую, где меня ждали пациенты. Когда подъехал троллейбус, меня просто не пустили туда, так как там не было мест. И вот я стояла на остановке и думала, какой смысл в моем пропуске, если я, врач, не могу попасть в больницу, где я работаю с людьми, больными коронавирусом. Они нуждались во мне, а пришлось ждать следующего троллейбуса.

Разве в таких случаях не выделяют автомобиль для врача?

У нас было так весной, но очень недолго. Я лично обращалась в обладминистрацию с просьбой решить проблему с транспортом для врачей, чтобы они могли добираться на работу и с работы. И совершенно непонятны действия власти, учитывая, что практически каждая госструктура имеет государственный гараж. Плюс выделяется большая сумма денег на содержание такого транспорта. Я не понимаю, почему именно в период пандемии, власть поставили выше врачей. Нам водители рассказывали, что их забирают возить заместителя губернатора, начальников департаментов. То есть они забирали транспорт у медиков, чтобы обеспечить чиновников. Разве это правильно? Война на Донбассе научила нас, что все меры и средства должны быть направлены на борьбу с врагом. А у нас сейчас идет настоящая война с коронавирусом. Чиновники должны понимать, что все силы и средства, все возможности должны быть направлены на борьбу с вирусом. Мы как врачи, готовые быть на передовой. Главное, чтобы нам в этом не мешали, особенно власть.

Как справляется медицинская система с возросшей нагрузкой? Что изменилось за полгода?

Я бы сказала не полгода, а месяц назад. За период пандемии я выделила три основных фактора, которые должны быть обязательными в борьбе с коронавирусом:

- кислород;

- средства защиты медиков;

- медицинский резерв.

Об этом я постоянно говорила и постоянно за это получала на орехи.

Конкретные сдвиги по обеспечению кислородом начались с середины ноября, если брать Черновицкую область, и в целом все другие области Украины. По указанию президента более 80% коек были обеспечены кислородом. Действительно, благодаря президенту начались какие-то сдвиги, до этого медиков не слышали и не видели. Средства защиты, у нас есть постоянно благодаря волонтерам, государственным закупкам и благотворительным организациям. Что касается медицинского резерва, то сейчас ситуация значительно улучшилась. Хочу подчеркнуть, что уже неделю мы наблюдаем стабилизацию.

Хватает кислорода и кроватей на сегодняшний момент?

Кровати есть фактические и юридические. 

Юридические - это те, которые власти прописывает на бумаге. Это - для отчета в Киев. На бумаге хорошо выглядит, что у нас заполняемость коек – 50%. Количество коек можно увеличить хоть до миллиона!!! Но, дополнительные кровати не обеспечены ни кислородом, ни медикаментами, ни медицинским ресурсом. По факту, это кровать с матрасом и она никому практической пользы не принесет. Я неоднократно говорила, что увеличение количество коек - это преступление против человека, который будет там лежать без кислорода. 

Фактическое количество коек - это количество в стационаре. Нам сделать это нетрудно, мы берем из подвала кровать и матрас и заносим его в любую палату стационара.

Сейчас поставили дополнительные кровати в учебных аудиториях. Кровати для пациентов поставили между учебных парт и стеллажей. Но в этих аудиториях нет кислорода и медикаментов.

Чем отличается сегодняшнее течение коронавируса от ситуации, которая была полгода назад?

В марте были легкие пациента. Апрель, май - начались пациенты с осложнениями и дыхательной недостаточностью. Тогда мы увидели развитие коронавируса в организме именно как угрозы жизни человека. Мы фиксировали последствия, которые оставляет коронавирус, и следили за течением заболевания. Я работаю на двух базах, которые принимают больных со среднетяжелым и тяжелым течением заболевания. То есть, мы не принимаем больных с коронавирусом легкой или средней формы. Для этого работают другие базы. В настоящее время действительно очень много тяжелых пациентов.

Еще весной псевдоученые заявляли, что страдают только люди старшего возраста. Я очень просила этого не говорить. У Сovid-19 - другая специфика. Он не делает разницы для пола, статуса или возраста. Сейчас видим, как помолодел коронавирус. К сожалению, мы наблюдаем летальность и у молодых пациентов. Ранее ученые заявляли, что в основном он поражает людей с сопутствующими заболеваниями. Но это совсем не соответствует действительности. Все зависит от организма. Коронавирус поражает даже таких здоровых людей как спортсмены. 

У нас был случай, когда к нам попал спортсмен, заболевший коронавирусом. И уже на четвертый день поражение его легких составило 90%. Такие случаи заставляют задуматься. Нельзя расслабляться и думать о том, что это только болезнь стариков и пожилых людей, или тех, кто имеют сопутствующую патологию. Такие люди остаются в группе риска. Это - люди с сахарным диабетом, сосудистыми заболеваниями, почечной недостаточностью и другими.

Какие изменения произошли в протоколе лечения?

Наш протокол постоянно меняется. В мире никто не знает, как правильно лечить коронавирус. Мы, молодые медики, очень благодарны приказу Минздрава, который позволяет нам пользоваться протоколами других стран. Мы - очень активные медики: ежедневно общаемся с коллегами из других стран и вытаскиваем новую информацию по максимуму. Мы создали группу в вайбере, в которой общаемся со всем миром, делимся опытом. Это и есть наше развитие. На данный момент нет волшебных лекарств, но мы стараемся подобрать такое лечение, чтобы не навредить больному, и сделать его более эффективным. Например, если у нас определенные препараты используются в дозировке до 30 млг, то в Испании это 250 млг. Я не называю препарат, поскольку наши люди, не понимая, нужен он или нет, начинают скупать медикаменты, и занимаются самолечением.

Так, например, было в 2009 году, когда люди услышав о тамифлю, скупили терафлю. А это - совсем другой препарат.

Всем известно, что ремдесивир признали опасным, но украинские врачи продолжают его использовать, поскольку Минздрав закупил большую партию этого препарата. Каково твое отношение к данному лекарству?

Данный препарат создавался во время вспышки лихорадки Эболы. Я читала о нем еще в мае, отношусь к нему, как к экспериментальному препарату. Знаю, что он используется в Америке, но эффективности не показывает. У нас его используют очень точечно и индивидуально. Это не препарат профилактики, который может остановить пандемию. У пациентов, которых лечили данным препаратом, особого прогресса не наблюдалось. Скажу больше, я знаю побочные эффекты этого препарата, поэтому воздержусь от рекомендаций. Сейчас гораздо более эффективны препараты, которыми мы пользуемся уже длительное время. С другой стороны, мы постоянно слышим упреки со стороны руководства, которое выискивает какие-то проблемы в историях болезней. Я не знаю почему так. Скорее всего – из-за финансовых проблем.

Медицинский резерв быстро не формируется, потому что это тот же бюджет. Бывают случаи, что к нам попадают бесперспективные пациенты. Это тогда, когда человек поступает в очень тяжелом состоянии с очень малым шансом на жизнь. Но они преодолевают болезнь, и идут на выписку. И тогда начинают искать в истории их болезни какие-то недостатки. Это - какой-то нонсенс, а не контроль качества лечения.

Были ли в твоей практике случаи самолечения коронавируса, которые приводили к фатальным последствиям?

Во-первых, это все – индивидуально. Нельзя назвать такое явление массовым.

Я работаю в больнице, в которую пациенты не приходят в первый день болезни. У нас только те пациенты, которые получали уже длительное лечение не только амбулаторно, но и в других медучреждениях. К нам их переводят из-за ухудшения состояния. У меня таких случаев - очень много. Недавно к нам поступил мужчина 47 лет. С первого дня болезни он находился в палате интенсивной терапии. Он пробыл там почти две недели и ушел домой за день до своего дня рождения. Дома его ждал маленький сын, и он говорил, что у него есть цель, чтобы жить дальше. И таких случаев очень много, но они индивидуальны. И проверка истории болезни должна быть только для получения опыта. Знаете, в чем самая большая проблема медицины, это то, что мы не избавились от совдеповского мышления. Если ты открываешь историю болезни, то не ищи там недостатки, ищи там опыт, который можно использовать и спасти другие жизни. А наши руководители берут истории болезни, чтобы найти там недостатки работы медика. Пока эта совдепия остается в мозгах, ничего не изменится в медицине.

Еще в 1995 году я впервые познакомилась с европейской медициной, когда от школы нас возили в Германию. На данный момент мы даже на шаг не приблизились к тому, что я видела 25 лет назад. Четыре года назад я была в Сучаве. Медицина там радикально отличается от Украины. Мне становится страшно за нас и нашу медицину.

Как ты считаешь, когда эпидемия коронавируса в Украине пойдет на спад, и чего следует ожидать дальше?

Я вообще не люблю делать прогнозы. Знаю, что сегодня две фирмы уже подали на лицензирование своей вакцины в ЕС. Для меня - это ожидание изменений, так как каждая инфекция, от которой есть вакцина, называется управляемой. Если человек вакцинировался и через несколько дней заразился, то вакцина существенно облегчит течение заболевания. Вакцина - это единственная вещь, которая сделает коронавирус, такой же сезонной болезнью, как и все другие. По той причине  я очень жду и очень молюсь за то, что она была действительно эффективна. Было бы еще лучше, если бы была разработана и вакцина и специфический препарат, который помогает в лечении коронавируса.

Какие новости о вакцинации, вакцина это волшебная таблетка, или нет?

Вакцинация - это та вещь, которая переведет коронавирус в управляемую инфекцию, это очень важная для нас. Если мы берем вакцину, то в середине могут быть, или антитела, или дольки возбудителя, на которые в организме начнут вырабатываться специфические антитела; или ослабленный возбудитель - он вводится в организм, чтобы на него выработалось много антител, и тогда эти антитела остаются в крови и просто циркулируют. Хочу заметить то, что для каждой вакцины есть свои определенные сроки вакцинации, некий календарь вакцин. Если от дифтерии для взрослого каждые десять лет, то, например, от гриппа, мы должны вакцинироваться каждый год. Какие сроки будут с коронавируса, я не могу сказать. Основная цель вакцины - создать в организме иммунитет, уже не имея болезни.

Это как охрана, которая стоит на страже, и когда появляется специфический возбудитель, сразу набрасывается на него и обезвреживает. 

Как, по вашему мнению, будет проходить вакцинация? И какая это будет вакцина?

Я очень надеюсь, что это будет лицензирована вакцина. Когда хотели вводить российскую вакцину, в Верховной Раде был депутат, который выступал за нее, то я официально тогда обратилась к нему через средства массовой информации, и предложила ему первому вакцинировать себя и своих детей. Я уверена, что он этого не сделал.

Относительно вакцины, во-первых, мы не знаем, на какой срок она будет действовать.

Во-вторых, мы не знаем, какая именно вакцина будет в Украине. Знаю одно, что вакцинировать первыми будут медиков, поскольку мы – в группе риска. Даже в этом, мы себя принесем в жертву. Я очень надеюсь, что это будет эффективная вакцина, а не смертельная доза. И, в-третьих, нам неизвестно, важен ли возраст при вакцинации.

Тем более есть противопоказания к вакцинации, и нужно понимать, что вакцинация будет проводиться только при сотрудничестве с медиками.

Ты заняла 10 место в рейтинге самых влиятельных женщин Украины. Как это сказалось на ситуации в медицинской отрасли, и принесло ли это признание какие-либо привилегии?

Когда я впервые увидела в Фейсбук, что меня отметили чужие люди, я очень негативно восприняла это, потому что не знала, что это такое. Неизвестный мне человек выложил мое фото. Меня так это просто взбесило. Я перешла по ссылке, а там таких несколько женщин и мужчин, которые репостили этот материал. Я прочитала, что я 62 в рейтинге из 100.  Я была шокирована. Мне было очень приятно. Никакая грамота, ничто материальное не заменит чувства удовлетворения, когда ты понимаешь, что кто-то тебя признал.

Любой мой пост в Фейсбук вызывает созыв брифинга в ОГА. После трагической ситуации на Львовщине, когда выключили свет и два человека умерли находясь на аппаратах ИВЛ, я сразу написала в Фейсбуке, что комиссия по техногенно-экологической безопасности должна срочно разобраться с ситуацией в нашей области, поскольку я знаю, какие у нас проблемы с электросетью. Сейчас в зимний период увеличивается нагрузка на электросети. Во-первых, раньше темнеет включаться много света. Во - вторых, когда холодно, включаются обогреватели, чаще включаются чайники и большое количество концентраторов, которые очень мощные потребители электроэнергии. А это все нагрузки на сети. У нас были перебои, но Слава Богу, что они не вызвали летальных случаев. В таких случаях нужны дополнительные подстанции, которые должны быть резервными. Моя публикация в соцсетях вызвала моментальную реакцию. В течение часа СМИ растиражировали информацию со страницы заместителя губернатора, о том, что она об этом давно говорила, и они проверили все. Но дело в том, что когда они проводили проверки месяц назад, тогда не было такой нагрузки. Перебои начались пятницу, субботу. Во всех учреждениях области за пятницу, субботу, воскресенье были перебои с электроснабжением. Это было как раз тогда, когда у нас начались шестиградусные морозы. Наверное именно похолодание спровоцировало это. После появления моего сообщения в соцсетях минимум через час возникает реакция. И уже в понедельник в 9:00 проводилось заседании в прямом эфире. Это - большое достижение, потому что данная комиссия почему-то секретная, туда не допускают даже прессу. После чего на меня обрушилась масса упреков, что я позволяю себе такие сообщения в Фейсбук. Вот вам и влияние.

Меня часто спрашивают, что самое худшее в пандемии. Я всегда отвечала, что это - равнодушие руководителей медицины.

Вирус показал нам отношение власти к человеческой жизни, отношение власти к медицине, отношение общества к медицине. Сейчас для нас открылись совсем другие ценности, вирус помог изменить материальные ценности на духовные. Люди начали думать об отношениях в семье. И это очень важно. Все думают, как уберечь своих родных.

Был случай, когда мне позвонил главный санитарный врач Украины Виктор Ляшко, и просто спросил меня, какие есть проблемы сегодня. А я была в шоке и не могла понять, как должна отвечать. И вообще - не шутка ли это. Кстати, большинство вопросов решаются именно такими звонками с киевским руководством направления, быстро и без согласительных совещаний. Удивительно, когда рядом местное руководство, а тут чужие люди решают наши проблемы. Хотелось бы, чтобы в цепочке согласованных действий не было ржавых комочков из местных руководителей.

Ольга Левкун Lenta.UA

Новости

Самое читаемое